Священное древо Камасильвы пылало в огне из-за алчности Вендира. Эта катастрофа повлекла за
собой раскол среди сестёр. После ожесточенной борьбы, самая радикальная фракция –
Ахиб, поместила запечатывающие чары на корни древа, как раз в ту ночь, когда они решили покинуть
Грану. Тогда Камасильва и потеряла связь с Хранителями Корней.

Фракция Ахиб покинула эти места, как только запечатала пути к форту для Корней Камасильвы.
На другом конце этого пути в тайне жили братья Камасильвы, сыны Богини.
Они были мастерами стрельбы и соорудили форт, чтобы защитить корни Камасильвы от темных
духов, что вторгнутся в их владения, пройдя по этому пути. Это было их предназначение, дарованное
Богиней. Сыны Богини нарекли себя ‘Рутрагон’, а крепость свою ‘Адвир’.

Голос Богини, эхом проносившийся по корням, был не только утешением для Рутрагон, но и
источником их силы. Но однажды никто из них не смог услышать её голос. И вскоре они окончательно
потеряли связь с сестрами. Все это случилось в тот день, когда Камасильва горела в огне, но Рутрагон
не знали об этом. Когда это произошло, старейшина, защищавший форт с самого момента его
основания, выступил вперёд и вновь вселил уверенность в Рутрагон. Он сказал им, что что-то
должно быть случилось с их сёстрами, но именно в такие времена они должны полностью положиться
на них и продолжить защищать форт.


Много времени утекло, и однажды, целая орда чёрных духов, застилающая собой весь горизонт,
устремилась в сторону форта. Рутрагон терпели поражение, они не могли справиться с врагом,
превосходившим их силой и количеством. Но затем случилось неожиданное.
Пока бесконечные волны атак обрушивались на форт, из центра крепости Адвир начал появляться
разлом, тянущийся до самого неба.. Сквозь части разлома начал проникать ‘другой свет’.
Чёрные духи ринулись к разлому, словно одурманенные, но как только соприкасались с ним -
распадались.

Молодой Рутрагон увидел это, хотя перед глазами его всё ещё стояли сцены битвы, заполненные
кровью падших товарищей. Он посчитал, что на другой стране разлома находится ‘надежда’.
Он начал прорываться к рифту сквозь поле боя, окрашенное в чёрные и красные цвета.
Тогда старейшина преградил ему путь и голосом шипящего змея воскликнул.

“Глупец! Как ты посмел оглянуться, когда воля нашей Матери находится перед тобой,
покрытая кровью! Немедленно вернись к своим товарищам и защищай линию фронта!”

В эту секунду перед молодым Рутрагоном возникла дилемма.
Я – стрела, сокрушающая тьму, глаза, встречающие рассвет и труба, возвещающая о восходе Солнца.
Я – Хранитель Корней, клятвой чести и жизни своей связан со стенами Адвир; я – защитник этого мира.
Я не сомневался в этом ни разу с самого момента своего рождения и жил так всю свою жизнь вместе со своими товарищами.
Но что же я пытаюсь сделать сейчас? Прямо сейчас мои товарищи истекают кровью и погибают прямо на моих глазах.

Как вдруг, свет вырвался из разлома и вошёл в молодого Рутрагон. Это были последние частички энергии, оставшейся от Богини.
В тот момент, когда посреди хаоса битвы его окутала эта теплая энергия, он понял, что больше не связан своими старыми обязательствами.
Когда он достиг разлома, он сказал старейшине, пребывавшему в неверии.

“Посторонись, старейшина. Воля нашей Матери по ту сторону разлома.”